Вместе с бабушкой

Валентина Кужелева

Вместе с бабушкой

Сказки и рассказы

Прокопьевск, 2014 

УДК

ББК 84(2Рос=Рус-4К)

КУ88

 Кужелева В.В

КУ88 Вместе с бабушкой:
книга Сказки и рассказы/В.В.Кужелева;
дизайн.Г.В. Ионов, - Прокопьевск 2014, - 49 с.

©В.В. Кужелева, текст, 2014

 © Г.В. Ионов, дизайн, 2014

Кужелева Валентина Викторовна живет в городе Прокопьевске Кемеровской области. Много лет работала учителем начальных классов.
Вышли в печать четыре книги для детей: “Повесть о Растрепайке и вежливых человечках”. Сборники: “Бабушкина сказка”, “Сказки и рассказы”, “Красное озеро”. В данное время Валентина Кужелева пишет на взрослые темы. Вышла в 2011 году повесть “Певунья”.
C 2012 года является членом Союза Кузбасских писателей. 

Про Вику и добрые дела

 Посвящается любимой внучке Вике

 (рассказ)

Привезла мать как-то летом дочку к бабушке и говорит:
- Возьми её к себе, сил у меня с ней не хватает. Этой осенью в школу пойдёт, а всё как маленькая.
- Что случилось? - спрашивает бабушка  и с удивлением смотрит на Вику.
- А внучка насупилась и зашмыгала носом.
- Одни капризы на уме, - продолжала жаловаться мама. - Как сядет за стол, то не хочу, это не буду, суп кислый, каша подгорелая, а сама делать ничего не хочет.
- Плохи ваши дела, - покачала головой бабушка.
  А вика, сердито взглянув на мать, убежала в зал смотреть мультики по телевизору.
- Вот видишь, какой у неё характер, я ещё и виновата, - горестно проговорила мама.
- Всё будет хорошо, - успокоила старушка дочь и пошла провожать её на остановку.
Возвратившись  домой,  бабушка говорит Вике улыбаясь:
- Хочешь, внученька, доброе дело сделать?
 Девочка живо соскочила с дивана: 
- Какое? Интересное?
- Я так устала сегодня, - говорит бабушка, - помоги, пожалуйста, салат приготовить, вместе кушать будем.
- Не люблю салат! - резко бросила Вика. - Пусть его коровы едят!
- Я не корова, а салат люблю, - обиделась бабушка, - поэтому и не болею, в овощах много витаминов.
- Ладно уж, - нехотя согласилась Вика, и бабушка подвязала её вдвое сложенным своим фартуком.
 Вдвоём работать веселее.

 Бабушка режет колёсиками свежие огурцы с помидорами, а внучка стрижёт ножницами  зелёный лук. Старушка солит, а Вика поливает салат сметаной.
- Какая вкуснятина, - пробует его бабушка и усаживается за стол. - Спасибо, внучечка, помогла мне ужин приготовить.
- Сама ешь, - надула губки Вика, - а я по-твоему не хочу?
- Накладывай да садись скорее, - обрадовалась  бабушка, подвигая ей стул.    
- Никогда  такой вкусный салат не ела, - говорит  Вика, похрустывая огурчиками.
- Это потому, что ты сама его приготовила, - объясняет ей бабушка.
 Наскоро поев салат, с набитым ртом, внучка выскакивает из-за стола:
- Морской закон: кто последний доедает, тому и посуду мыть.
- Хорошо, - согласилась бабушка, - я свою помою, а ты будешь из грязной есть.
- Ну  уж нет! - возразила Вика и помыла не только свою, но и бабушкину тарелку.
 Старушка поцеловала  внучку и говорит:
- Ты сегодня сделала два добрых дела, и я тебе очень благодарна.

 Всю  ночь шёл дождь, но к утру погода прояснилась. Заглянуло в оконце солнце. Заиграли на тюлевой шторке солнечные зайчики.
- Какое сегодня ласковое солнышко, - загадочно улыбается бабушка, - огород зовёт нас прогуляться.
- Добрые дела делать, - догадалась Вика. - Ох, и хитрая ты, бабуля.

- Мы сегодня с тобой будем  полоть грядки и сажать цветы, - проговорила старушка и погладила  внучку по голове. 
Девчушка так и запрыгала от радости. Она теперь, как взрослая, будет работать не понарошку, а по-настоящему.
На улице было свежо и прохладно. Земля уже подсохла, но на дороге ещё стояли лужи.
- Черви, - закричала Вика, отскочив от лужи, - противные какие.
- Эти червяки - дождевики, - сказала бабушка- значит скоро будет  опять дождь.
 На огороде старушка предложила Вике поиграть в "бабушки - внучки". Девочка играла в "дочки - матери", а про такую игру не слыхала, но сразу же согласилась.
- Давай ты будешь бабушкой, а я - внучкой, ты даёшь мне работу на огороде, - говорит она Вике, повязывая на голову ей платок, а потом спрашивает:
- Как ты думаешь, что надо сейчас делать?
- Траву дёргать! - не задумываясь, - говорит  девчушка.
- Правильно,"бабушка", - говорит старушка, - я тебе помогу прополоть грядки, - а ты будешь носить сорняки в кучу.
 Так и порешили.
- Иди,"ВНУЧКА", чистить грядки, - кричит деловито Вика, - а я тут буду мусор с огорода выгребать. 
Дружно  принялись за работу. "Внучка" полет грядки, а "бабушка" носит детским ведёрочком сорняки в кучу и всё приговаривает:
- Молодец,"внученька", хорошо мне помогаешь, золотко ты моё.
Но тут вдруг "бабушка" увидала в куче длиннющего червяка да как закричит:
- Скорей беги сюда,"внучка"... прибей червячище, я его боюсь.
- Мне жаль его, пусть живёт, - прибежала, задыхаясь, старушка, - не бойся, "бабулечка", у червяка зубов нет, он тебя не укусит.

- Ага, опять дождь пойдёт, - прогнусавила недовольно Вика.
- Дождь нужен, "бабуся", чтобы всё росло на огороде, пусть поливает на здоровье, - сказала старушка и, немного помолчав, добавила, - а дождевые червяки выделяют жидкость, удобряют и рыхлят землю.
- Они тоже добрые дела делают, "внученька", - проговорила Вика и похлопала  бабушку по плечу.
Под вечер потемнело небо, и заметно похолодало.
- Ступай-ка, "бабулечка", вон туда к ограде, - показала старушка Вике рукой, - там поди уж клубничка созрела, поешь, а я пока землю под клумбу вскопаю.
 А "бабулечке" того и надо. Сорвалась с места, словно ветром её сдуло.
Она давно приглядела вкусное  местечко и уже успела полакомиться ягодкой.
Наевшись, Вика подскочила к бабушке и сунула ей в рот несколько клубничек:
- Это тебе, "внучка", за работу, помощница ты моя.
- Спасибо, "бабусенька", - говорит старушка и спрашивает её. - А ты знаешь, как называется эта ягодка.
Где ей знать? Стара стала, не помнит ничего.
- Эта ягода - тёзка твоя, - усмехается старушка, - и зовут её викторией.
- Какое у меня вкусное имя! - запрыгала от радости на одной ножке "бабушка", а потом как захохочет:

- Вика вику ела!... Ха-ха-ха.
- Да, ты у меня сладкая  ягодка, проговорила старушка и чмокнула Вику в красную от ягод щёчку.

 Потом они вдвоём дружно сажали астры. "Бабушка" делала пальчиком ямки, а "внучка" опускала в них росточки и присыпала  землёй.
- Осторожненько, - учила "бабушка" "внучку", - корешочки не порви.
Погода вдруг резко изменилась. Рванулся, словно с привязи, ветер, пригнул к земле травы и кустарники. Всё зашелестело, закачалось и закружилось. Огненная стрела прошила небо. Загремел гром, словно по небесам проехал трактор.
 Скорее, скорее домой! Бабушка с внучкой едва успели  добежать до дома, как хлынул дождь.
- Хороший дождик! - сказала  старушка перекрестившись. - Добрый урожай будет.
- Спасибо червякам, - проговорила деловито Вика. 

Через месяц приехала мама. Не узнать дочку! Подросла, загорела, а главное: научилась добрые дела делать. Бабушка обрадовалась приезду дочери, настряпала пирогов, напекла блинов, достала вишнёвый компот и любимое варенье из виктории. Когда мама с бабушкой уселись за стол, Вика побежала на огород и принесла букетик разноцветных астр.
- Тебе, мамочка, мой подарок, - сказала она и забралась к ней на колени.  И не беда, что у астр были короткие стебли и некоторые ещё не успели распуститься, эти цветы были для мамы самые лучшие на свете.

Фокус-мокус

 (рассказ)

Моя бабушка была заядлой грибницей. Уйдёт чуть свет в лес и придёт к обеду с полным кузовком разных грибов. И каких там у неё нет? Белых, красных, жёлтых. Подберёзовики, подосиновики, грузди, лисички. И все красивые да крепкие, как на подбор. 
Она хорошо разбиралась в грибах, знала грибные места и учила этому меня. 
- Каждый грибок свой домик знает. Подосиновик растёт под осинкой, подберёзовик - под берёзкой, - говорила она, - а в тополиных посадках под листвой подтопольники прячутся. 
Мне лет семь было, когда я первый раз пошла с ней за грибами. Ходили мы тогда в молодой соснячок, который находился километров в трёх от нашего посёлка. Лет тридцать назад посадили лесники маленькие колючие саженцы, а вырос целый сосновый лес. Дала она мне плетёную корзиночку, маленький ножик и сказала: 
- Грибы нельзя рвать, как цветы, им ножки подрезать надо. Нарушишь грибницу - на этом месте потом грибы не вырастут. 
Встали мы с ней рано, и мне очень хотелось спать. Но, как только вышли на улицу, утренний родниковый воздух взбодрил меня, и куда только сон делся. Над землёй, как разлитое молоко, висел туман, и в нескольких шагах ничего не было видно. Лёгкий озноб пробежал по телу, и мне стало как-то не по себе. 
Бабушка ободряюще похлопала меня по спине: 
- Туман к грибам, внученька. Все рыжики и маслята наши будут. 
- А ты откуда знаешь, что они там есть? 
- Сосны и ели - любимое их местечко, - объяснила мне она. Когда мы подошли к лесу, бабушка нашла длинную сухую палку, разломила об коленку и дала мне.
- Грибы хитрые, - сказала она, - в траве прячутся, и надо её раздвигать палочкой, чтобы их найти. 

Пока шли, туман рассеялся, и несмело, заигрывая с нами, блеснуло, заискрилось солнышко. Проснулись от лёгкого ветерка, задрожали молодые сосны, роняя с иголок серебристые капли. От сырой травы и влажного воздуха мне стало зябко. Я, не отрываясь, глядела на небо, подставляя солнцу то один бок, то другой. А оно всё понимало, согревало меня, забегало вперёд, исчезало и снова появлялось в просветах между деревьями. Я так увлеклась игрой с солнышком, что чуть не забыла, зачем пришла в лес. Бабушка заметила это и спросила меня смеясь: 
- Много ты грибов на небе насобирала? 
Ох, эта бабуся! Вроде грибы ищет, а сама глаз с меня не спускает. 
- Иди-ка сюда, внученька, скорее, - кричит весело. - Глянь-ка, что я нашла. 
Смотрю, а в руках у неё не гриб, а грибище здоровый, с мою голову величиной. 
- Это рыжик, - говорит она, - ножка у него рыженькая, а шляпка - розовая воронка с полосочкой. 
- Он рыжий, поэтому его так назвали, - догадалась я и взяла в руки у неё гриб. Погладила, понюхала, потом перевернула его кверху ножкой и надела себе на голову. Получилась шляпа настоящая "грибовая" и смешная. Верчусь перед бабушкиным носом, как обезьянка:
- Модно? Красиво? 
- Да-да, красиво, модница ты моя грибная, - говорит бабушка и отбирает у меня находку, чтоб - не дай Бог - не сломала. 
Теперь я иду за ней следом. Мне тоже хочется найти такой рыжик. Но ей грибы попадаются, а мне-нет. 
- Не хотят они лезть в мою корзину, - хнычу я плаксиво. 
- А ты не не ходи за мной, ищи своё местечко, а, чтобы не заблудиться, кричи "ау", - говорит она мне. 
Отошла я чуть-чуть подальше и давай орать "ау" да "ау", даже охрипла от натуги. Бабушка сначала отвечала, а потом перестала. 
- Ты меня видишь, зачем горло дерёшь. 
Тут у самых моих ног забелелось что-то. Раздвинула траву и замерла от восторга. Стоит передо мной белый, как из ваты, кругленький грибок, поблёскивает, будто сахаром посыпанный. А рядом надутые колобочки словно из теста слепленные. 
- Это дождевики - съедобные грибы, услыхала я за спиной бабушкин голос, - они вылезают из земли после дождя. Нынче лето дождливое, и их много в лесу и в поле. 
- Везде успевает, - сердито подумала я, завистливо заглядывая в её кузовок, в котором уже было полным-полно грибов. 
- Везучая ты, бабушка! 
- Чтобы грибы попадались, отойди от меня подальше, раздвинь траву и поколдуй на палочку-выручалочку, - сказала она, хитро улыбаясь. Потом нагнулась к моему уху и прошептала таинственно:
- Фокус-мокус, вылезай, грибокус!
- Что же ты мне раньше не сказала? - обиделась я и бросилась искать своё местечко, повторяя на ходу грибное заклинание. Колдовство помогло. Попались какие-то тощие... коричневые грибки на тонкой ножке с пуговкой на шляпке. Обрадовалась! Много их так! Подбегаю к бабушке, а она брезгливо морщится и выбрасывает один за другим. Поганки оказались. 
- Не знаешь гриб - не бери, хотя он тебе и поглянулся. Грибами можно отравиться. 
Понурая, я отошла от неё и стала колдовать ещё усерднее: «Фокус-мокус, вылезай, грибокус". И тут в ямке, под самой сосной, увидела блестящий, словно маслом политый, светло-коричневый гриб на жёлтой ножке, а рядом - сердце даже остановилось - целая куча маленьких грибных гномиков. 
- Уж, конечно, это не поганки! 
Затаив дыхание, торопливо подрезаю им жёлтенькие, цыплячьи ножки. Дрожат от радости мои руки. 
- Большой гриб - это мама, а маленькие грибусики - её детки, - шепчу себе под нос, - раз, два, три, четыре... 
Пока считала, появилась бабушка. 
- Умница, внученька, это маслятки - хорошие грибы. 
- Их маслицем лесным полили, а потом так окрестили, - говорю я, довольная своей выдумкой, скачу и припеваю, - маслятки - дружные ребятки. 
- Конечно, грибница ты моя маленькая, ласково, - говорит она, и морщинистое лицо её светится от радости. 
- Спасибо тебе, бабулечка. Это фокус-мокус твой мне помог. 
Ноги прыгают от счастья. 
- Колдунья! Грибная! 
На полянке, возле сосен в ложбинке, попались мне сыроежки всякие-разные: жёлтые, зеленоватые, красные. Бабушка показывала мне их и говорила, что в них много витаминов и полезных микроэлементов. Непонятно только, почему их "ешками "сырыми зовут. Надкусила! Надо же попробовать! Защипало язык. Тьфу! А тут бабуся, как лесная колдунья, из-за сосен появилась.
- Хочешь сырые кушать - сними шкурку да кипяточком облей, чтобы не горчили.
Смеётся что ли? Где я в лесу кипяток найду? А она поставила свой кузовок на траву и давай мне всё про сыроежки толковать, как их жарить да варить, чтоб вкусные были. Но мне понравилось только то, что они быстро солятся. Сегодня посолишь - завтра кушать можно. Тут я глянула в свою корзину и ахнула. В ней лежал, задрав кверху ножку, бабушкин огромный рыжик. 
Вот так фокус-мокус, как это твой гриб у меня очутился? - спрашиваю бабулю. А она плечами пожимает, будто ничего не понимает. 
- Видно, корзинка твоя ему поглянулась. 
- Ну и рыжик... одна нога, а прыгает, как заяц, - расхохоталась я. 
Обнялись мы тогда с бабушкой и посмеялись от души. А вечером я солила сыроежки, а она жарила маслята с картошкой. Уплетая жаркое, я всё приговаривала:
- Ай-да, фокус-мокус! 

Гулька

Посвящается Олечке.

"Пусть вам птица Синяя счастье принесёт!"

Супруги Воробьёвы надолго уезжали в деловые командировки, а дочку оставляли у бабушки. Злата Ивановна очень любила свою внучку, которую в честь её назвали Златой. Между бабушкой и внучкой было полное согласие. Всё они делали вместе, всё сообща: убирали квартиру, ухаживали за цветами, заботились о птицах, которых обе очень любили. Зимой, в холодное голодное время, много их собиралось возле дома. Прилетали и улетали воробьи, синицы, галки, вороны и длиннохвостые сороки. Всех тянуло к человеческому жилью чем-нибудь поживиться. Иногда появлялись важные зимние гости - свиристели с королевскими коронками на головах. Усядутся пушистыми голубовато-серыми комочками на рябине, облепят её со всех сторон. Но стоит появиться человеку - ширь - и улетели, исчезли где-то в поднебесье. Пугливая птица!
 Смотришь, а на рябине ни ягодки не осталось. Вот только что-то снегирей не видно
- Почему не прилетают красные яблочки? - спрашивает Злата бабушку.
- Снегири снег  любят, а его нынче мало выпало, - высказала свою догадку Злата Ивановна.
- Хорошо, что голуби никуда не улетают, - говорит внучка. - Они мои, домашние, да бабушка?

* * *

Студёное зимнее утро. Морозный зимний туман окутал небо и, насупившись, глядит свысока на землю. Застыли, дремлют в снежной бахроме сонные рябины у дома. Не видно - не слышно птиц, попрятались собаки от холода. Тихо. Молчит, не дышит улица. И вдруг: гули-гули-гули - разбудили тишину. Это Злата подзывает голубей, рассыпает дрожащей рукой крупу у подъезда.
- Где же вы, голубочки? - Пряча нос в шарф, шепчет девчушка. - Замёрзли  бедненькие.
 Минута и вдруг откуда-то сверху, как огромные комья серого снега, посыпались на землю голуби сизые, голубоватые, пёстрые и только один среди них белый с чёрным галстучком на шейке. Уселись дружно кружком, прижались друг к дружке, клюют, торопятся, лишь спинки вздрагивают рябенькие да хвостики чёрные торчат. А посредине живого пёстрого коврика важный господин - белый голубь топчется, чувствует своё превосходство над всеми. Он самый красивый, больше всех его любит Злата. Прошёл мимо Юрка - задира - одноклассник.
- Гулька, в школу опоздаешь!

Не слышит его девчонка, смотрит завороженно на своих голубей. Они уже позавтракали и вертятся возле её ног. А белый голубь  по-хозяйски уселся Злате на плечо, вертит  клювиком, спасибо, мол, за угощение.
- Крылышки-то у тебя озябли "небойсь", - говорит ему ласково и боится пошевелиться, чтоб не вспугнуть доверчивую птицу. С шумом  выскочили из соседнего дома мальчишки, замахали рукавицами, заулюлюкали:
- Гули-гули - Гулька... ха-ха-ха птичья мама без хвоста.
Вспорхнули, улетели голуби. Стоит растерянная Злата, вскипают от обиды на глазах слёзы. Всех птиц пораспугали да ещё и обозвали. Прилепилась же к ней такая, как смола, кличка. Выскочила из дома раздетая испуганная бабушка, суёт ей в руки портфель:
- Беги скорее, опоздаешь, горюшко ты моё. С этими голубями совсем про школу забыла.
Как ни бежала, а в школу Злата опоздала. С опущенной головой, несмело отворила она дверь в класс.
- Опять опоздала! - говорит сердито учительница Ольга Николаевна. - В чём причина, Воробьёва?
Молчит ученица, нечего сказать в своё оправдание.
- Я звал гуль... её, - кричит  Юрка с задней парты, - а Воробьёва всё со своими гульками.
В классе ветерком пронёсся шумок: "гуль-гуль-гуль". 
И кто-то из мальчишек, спрятав голову под парту, ехидненько бросил:
- Ах, ты, Гулька - Гулька!
А тебя, оказывается, перекрестили, Злата, - проговорила удивлённо Ольга Николаевна. - И кто же у нас в классе крёстный папа?
Ребятишки в классе зашумели, заспорили между собой.
- Жаль - жаль, - покачала головой учительница, - у тебя такое красивое имя - Злата.
- Меня в честь бабушки назвали, - проговорила тихо девочка и подняла голову.
На задней парте Юрка с Максимом схватились драться: 
- Ты первый  назвал, нет ты, врёшь, нет ты врёшь.
- Замолчите сейчас же! - прикрикнула на них Ольга Николаевна, все хороши, как я на вас  посмотрю.
- Она голубей любит, - негромко сказала Эля - соседка по парте, - вот её и дразнят Гулькой - птичьей мамой.
Ольга Николаевна обвела грустным взглядом ребят  и, тяжело вздохнув, сказала: 
- А я-то думала,что мои ученики самые добрые в  школе.
В классе водворилась тишина. 
Посмотрев на Воробьёву, она сказала:
- Хорошо, Злата, что ты заботишься о птицах, только в школу больше не опаздывай.

* * *

Домой Злата шла, не торопясь, хотя мороз не отпускал и  щипался. Глядит, а перед ней на дороге - синичка. Крутится у самых ног. Того и гляди - наступишь на неё. Сядет перед носом, обопрётся на хвостик и вертит головкой в чёрной шапочке. Шаг  отлетела, потом прилетела, а с дороги не уходит.
- Да ты кушать просишь, синичушка, сказать только не можешь, - догадалась Злата и полезла в карман за недоеденной булкой. Зубами стянула варежку, достала затвердевшую на морозе, булку и стала крошить. Глядь - и другие синицы откуда-то налетели.
- Застыли, бедняжки? Но ничего, покушаете и потеплее вам будет, приговаривала Злата, подражая бабушке.
Свиную шкурку, что они с ней повесили на рябине, синицы давно обклевали, кормушка оказалась пуста. Открывая дверь, Злата бросила с порога: "Бабуля, надо семечек в кормушку насыпать!"
Целый день она ходила хмурая, и бабушка забеспокоилась:"Что с тобой, Златушка? Обидел кто? Аль, захворала?"
 Мотает внучка головой. Всё у неё нормально. Зачем расстраивать старушку?

* * *

А ночью во сне  Злата сильно плакала, только почему и о чём не могла понять. Кого-то ей было  очень жаль. И вдруг над самой головой затрепетали, захлопали птичьи крылья. Вспыхнул яркий синий свет, и перед ней появилась большая Синяя птица. Глаза - горящие бусины, крылья - веера тёмно-синие, а перья на них бисером украшены, светятся голубыми искорками. Грудка  атласная небесной синевой сверкает. Чудесная птица!
Наклонилась над ней и говорит  нежным, волшебным голосом: "Полетим со мной на голубую планету, птичья  мама. Там живут добрые синие птицы. Ты будешь с нами летать и радоваться воле и свету."
- Спасибо, Синяя птица. Я рада бы полететь с тобой, но не могу оставить маму, бабушку, своих друзей. Не могу бросить своих птиц. Девочка хотела дотронуться до сверкающих её крыльев, но не смогла. Синяя птица была совсем рядом и в то же время где-то далеко.
- Хорошо, - сказала она, - оставайся на земле, но, если тебе будет плохо, позови и я прилечу.
Синяя птица взмахнула своими крыльями - веерами и улетела. 
- Ты звала меня? - спросила бабушка, подходя к кровати внучки.
- Бабулечка, - сладко потянулась Злата и обняла её, - я видела во сне Синюю птицу! Она такая классная!
- Говорят, Синяя птица счастье приносит, - проговорила старушка. - Она прилетела к тебе, значит ты у меня  будешь счастливая.
- Но она улетела, бабуль, - с сожалением пожала плечами Злата.
- Прилетит, внучечка, обязательно прилетит.

* * *

На другой день третьеклассники на уроке труда мастерили из картона и бумаги птиц, и самая лучшая получилась у Воробьёвой Златы. Синяя, с  большими крыльями, украшенными блёстками, она  выделялась среди птиц, сделанных учениками. Ольге Николаевне птица очень понравилась, и она показала её всему классу:
- Фи, только на ёлку повесить, -  сморщил нос завистливый Максим.
Послышались с места недовольные реплики:
- Нет такой птицы! Синей птицы нет, она всё выдумала.
- Нет, есть, - проговорила Злата уверенно, - я во сне видела.
Ребята засмеялись.
Ольга Николаевна захлопала в ладоши, и, когда ученики успокоились, сердито сказала:
- Смеётся тот, кто смеётся последний. А птица Синяя с таким названием в природе есть, только, к сожалению, мало кто о ней знает.
- Синие птицы большие и очень красивые, продолжала она, - перья у них фиолетового цвета с синим оттенком. Лапки и хвостик длинные. Они чем-то похожи на дроздов. Живут Синие птицы на юге Средней Азии среди высоких гор Тянь-Шаня. В глубоких  ущельях, куда трудно добраться человеку. Синяя птица строит себе гнездо, устилает его кореньями и мхом. Питается она мошками, малюсками летом, а осенью - семенами рябины и боярышника. Синие птицы, как дети, любят плескаться и барахтаться в воде. Покупавшись, играют в догоняшки, носятся на своих длинных ногах по суше, пока не обсохнут. Синие птицы с характером, не любят, когда чужаки залетают на их территорию. Дружно выдворяют вон. Нечего  совать нос в чужие гнёзда! Если дети  у них выросли, тоже их прогоняют.
- Иди сам устраивай своё жильё!
Синяя птица редкая, необыкновенная, и её считают сказочной, волшебной. Все свои мечты и надежды человек связывает с ней Поймать Синюю птицу - значит стать счастливым.
В классе водворилась такая тишина, что слышно было, как вздыхают ребята. Злата не сводила восторженных глаз со своей учительницы, и Ольга Николаевна спросила её, улыбаясь: "Можно я поставлю твою птицу на выставку? Пусть она помогает нам дружить и расти добрыми."
- Да-да, конечно, - воскликнула счастливая девочка. - Пусть Синяя  птица принесёт всем счастье.
Ольга Николаевна, а вместе с ней ребята дружно захлопали в ладоши.
- Теперь Синяя птица никуда от нас не улетит, - проговорила Злата и улыбнулась.

Сказка про Задериху и Неспустиху

Жили когда-то на свете две сестры Задериха и Неспустиха. Обе спорщицы, обе задиры. Ладу между ними никакого не было. Всё ругаются да дерутся. Только они на дворе появляются,как дети от них в разные стороны разбегаются. Родителей сёстры не слушают и делать ничего не хотят. Скажет мать помочь по хозяйству- спор да крик на весь дом.
- Пусть Неспустиха,- кричит Задериха.
- Пусть Задериха, - орёт Неспустиха.
Пошлёт отец дочерей воды принести и снова спор, кому на колодец идти. Кричат, пререкаются так, что куры на дворе разлетаются.

Устали от них отец с матерью,собрались и ушли из дома.
Ночь настала. На дворе темным-темно, а сестрицы всё не унимаются, спорят да ругаются.
Вдруг СКРИП-СКРИП! Дверь пошевелилась и тихонечко открылась.
- СТУП - СТУП! Кто-то к ним крадётся.
- ТОП- ТОП...Кто- то к ним приближается.
Испугались Неспустиха с Задерихой, на постель забрались, замолчали, даже дышать перестали.
Кто-то подошёл к кровати пыхтит над ними, да одеяло с них стягивает.
Глянули и обомлели от страха.Перед ними страшный, мохнатый, дед стоит. Усищи до пупа спускаются, в кольца завиваются. Огромные уши торчком на голове стоят, шевелятся. 
Спал бы себе Ушастый в лесу да спал, но Неспустиха С Задерихой разбудили его.Вот он и пришёл к ним ночью. Хвать одну да в мешок, цап другую и тоже в мешок. На плечо да поволок. В лесу у деда избушка была, еловыми да сосновыми шишками украшена. Скинул он на пол мешок да так чихнул, что тот сам в угол и улетел. Неспустиха и Задериха испугались, друг к другу прижались. Молчат, пошевелиться боятся.

Утром дед Ушастый мешок развязал, уселся за стол да орехи грызёт, острыми зубищами пощёлкивает. Щёлк да щёлк! А сам на сестриц глядит да скорлупки по всему полу разбрасывает. Накидал их везде и велел Неспустихе с Задерихой скорлупки собрать да в мешок сложить.
Вот ещё! - закричала сердито Задериха, - сам набросал, сам и собирай.
А Неспустиха посговорчивей была подобрала скорлупки, в мешок сложила да кучу орехов от деда получила. Неспустиха орехи щёлкает, а Задериха от зависти зубами щёлкает.
Тут Ушастый кадушку под мышку да за водой на речку подался. Но, как только ушёл, сестрицы разругались да разодрались - орехи поделить не могли. Неспустиха сама грызёт, сестре не даёт, а Задериха из рук её орехи рвёт и что есть моченьки орёт. Сцепились сестрицы - расцепиться не могут. Так кричали, что листья на деревьях задрожали. Птицы вдруг налетели, на разные голоса загалдели.
Чирикают, курлычут, трещат да свистят!
На шум Ушастый прибежал, мохнатыми ручищами замахал, на весь лес за чихал, всех птиц по разогнал. Сестрицы с испугу аж на землю повалились и на месте закрутились.
Чих да чих! Чихает Ушастый, остановиться не может, а Неспустиха с Задерихой, крутятся да вертятся... как волчок. Наконец он замолчал, очень сильно устал. Сестрицы тоже остановились.., очень сильно уморились. Ушастый отдохнул, полежал, а потом чай согрел да за стол уселся. Чай с малиной попивает да грибами заедает. А Неспустиха с Задерихой сидят - вовсе глаза на него глядят.
- Есть хотите, - говорит дед, - тогда в доме приберите.
И опять тут спор начался, кому стоять, кому в доме подметать.
Рассердился Ушастый ,замахал ручищами, затопал ножищами, связал их за косы и метлу им подаёт. Испугались сестрицы, спорить перестали, а метлу поделить никак не могут Задериха тянет в одну сторону, а Неспустиха в другую.

От боли орут, а метлу друг другу не дают.
Наконец догадались, друг к другу прижались да ЧЕТЫРЬМЯ руками за неё схватились.
Постарались сестрицы да пол и подмели, как могли. Ушастый косы им развязал, чаем напоил да грибами угостил.
А потом подаёт им одно большое-пребольшое яблоко. Ешьте, мол, на здоровье, а сам ухмыляется. И опять крик на весь дом, яблоко поделить не могут. А дед смеётся, над ними потешается. Наконец обе четырьмя руками за него схватились и давай кусать, пока не сгрызли. 
- Так-то лучше будет, - проговорил Ушастый и повёл их в баню лесную. Развёл на поляне кострище, дым к самому небу поднимается. Нагрел в котле водицы и давай сестриц берёзовым веничком охаживать, лень да дурь из них выколачивать. Хлесть да хлесть! Над головами пар стоит, а веник в руках у деда дрожит. Неспустиха с Задерихой сначала орали, а потом замолчали.От крика языки-то у них изо рта вывались и кверху загибаются. Ни слова сказать не могут. 
Привёл их Ушастый домой и велел одной - печь топить, другой - кашу варить. Сестрицы молчат:  языки изо рта торчат. Не спорят, только кулаки друг другу показывают. Задериха печь затопила - всю избушку задымила. Неспустиха кашу сварила да пересолила. Устали сестрицы, припотели, но глянули друг на друга и повеселели. Языки-то у них опять во рту спрятались. Посмеялся над сестрицами Ушастый и снова повёл их на поляну. Очертил он возле себя круг, замахал ручищами, затопал ножищами и зашептал слова какие-то волшебные. Вдруг земля поехала, поплыл круг и стал огромный-преогромный: конца-края не видать.
Тогда Ушастый поставил сестриц рядом и велел идти в разные стороны.
- Идите по кругу, - говорит он, - и найдёте  то, что вы потеряли.
День шли Неспустиха с Задерихой, другой шли и, наконец, встретились.
Соскучились  сестрицы, обнялись, про ссоры да обиды забыли и домой идти решили.
Мать с отцом давно своих дочек дожидаются. Обрадовались, поцеловались и зажили дружно и счастливо.

Святая Матронушка

(рассказ)

Температура не спадает. Простуда не проходит. Целую неделю колготится бабушка возле больной внучки. Травки, настои, таблетки, но ничего не помогает. Утром, когда девочка только проснулась, бабушка подошла к ней и говорит:
- Завтра, Алёнушка, ты поправишься.
Больная приподнялась на подушке и с удивлением поглядела на неё.
- Да-да, солнышко, - повторила бабушка и подала ей маленькую иконку, -Святая Матронушка поможет тебе выздороветь.
Алёнушка недоверчиво посмотрела на слепую женщину в белом платочке и стала водить по ней горячим пальчиком.
- Когда-то давно жила женщина, которую звали Матрона. Была она слепа, но обладала чудесным даром лечить людей, "Матронушка" - так её ласково называли в народе. Она помогала всем избавиться от бед и тяжёлых болезней. Держи возле себя иконку и всё будет хорошо, - бабушка прижала к себе внучку и вспомнила одну историю.

Было это лет десять тому назад. Жила я около вокзала и работала там дежурной. Стоял хмурый, сумрачный октябрьский день. Я стояла у окна и смотрела на улицу. Бледное солнце то появлялось на небе, то исчезало, пугливо прячась за тучи. Кружилась, металась в воздухе снежная крупа, подгоняемая напористым ветром. Съёжившиеся от холода, пассажиры дожидались прихода поезда. Почти у самого окна в поношенном, длинном не по росту, плаще стояла старушка. Сжавшись в комочек от холода, она прижимала к груди какие-то вещи, которые висели у неё на плече. Возле ног стояла пузатая матерчатая сумка. Уезжать похоже она не собиралась. Неужели продаёт?.. Любопытство и жалость овладели мной. Когда я подошла к старушке, она протянула мне шерстяной, не первой свежести, шарф и, заикаясь от холода, - проговорила:
- К...купите.. он тёплый.. д...дёшево.
Слёзы брызнули у неё из глаз, и она дрожащим голосом повторила: дёшево. Я бы купила из за жалости, но у меня, к сожалению, не было денег. Я поинтересовалась, почему она в такую погоду продаёт на вокзале вещи, где людям совсем не до покупок. Оказалось,что она собиралась ехать к больной дочери, но какой-то парень выхватил у неё сумку и убежал.
- Все деньги... только пенcию получила, - захлёбывалась она слезами. Я пыталась её успокоить, но не знала как. Рванул ветер, и повалились с её плеча вещи на мокрый асфальт. Старушка вскрикнула и зарыдала, сотрясаясь всем телом. Кто теперь купит у неё вещи? Только не могла понять одного, что их бы и так никто не купил. Я помогла ей затолкать подмокшее тряпьё в сумку и встала с ней рядом. Оставался один выход: просить у людей подаяние, чего не хотела делать старушка.
- Помогите бабушке! У неё деньги украли, ей на билет надо! - кричала я, а ветер подхватывал мои слова и кружил в вихре снежных крупинок. А старушка едва шевелила онемевшими губами и крестилась:
- Христа ради... люди добрые.
Пассажиры с удивлением смотрели на неё, на меня, на мою форму и шли мимо, озабоченные своими делами.

- Подайте старушке, у неё дочь больная, - взывала я охрипшим голосом к прохожим, - ей уехать надо.
Кто-то подавал, торопливо доставая деньги из кошельков и карманов, а кто-то, не глядя в нашу сторону, проходил мимо. Но были и такие, что презрительно бросали злые реплики.
Нашли место побираться! Достали, всё им дай да подай! Пропьются, а потом клянчат!
Много пришлось услышать нам обидных слов в тот злосчастный день! А один почтенный господин в шляпе проворчал с раздражением:
- Работать надо было!... А потом добавил: Где у нас только милиция ходит?
- Да я ли не робыла? Всю жизню в колхозе..., - разрыдалась старушка. - Вот стыдобушка-то на старости лет!
- Не обращайте внимание, бабуся, - на каждый роток не накинешь платок, - успокаивала я её.
Вытирая рукавом заплаканные глаза, она потянула меня за рукав:
- Не просите больше, не надо.
Прогудел и, тарахтя вагонами, пополз поезд. Старушка безнадёжно взмахнула сухонькими ручками.
Последний... Пресвятая Богородица, - прошептала она так, будто прощалась с жизнью.
- Ничего страшного, уедете завтра в это же время, - сказала я, приобняв и успокаивая заплаканную старушку.
Волоча намокшую сумку, она отправилась домой, а я на вокзал, где получила от начальника взыскание за уход с работы.

Денег на билет мы всё-таки насобирали, и на следующий день я проводила старушку на поезд, сунув на дорогу нехитрый тормозок. Мы познакомились. Её звали Мария Васильевна. Прощаясь, она обняла меня и, глотая слёзы, сказала:
- Я не забуду вас, Любаша, буду молиться за вас каждый день.
Её слова растрогали меня, и я тоже расплакалась.
- Будет вам, Мария Васильевна... зачем... не надо.
Прошло года два. Я уже стала забывать эту историю, как вдруг ко мне постучала незнакомая женщина и спросила:
- Здесь живёт Люба, которая работает на вокзале?
Я открыла дверь и провела её в комнату. Она оказалась дочерью Марии Васильевны и её тоже звали Марией. Мы попили чай, и она сказала, что мама её умерла и умоляла перед смертью найти меня и передать эту иконку.
- Пусть Святая Матронушка оберегает вас от бед и болезней, - проговорила Мария и поцеловала меня в щёку.
- Так это и есть та самая иконка? - спросила Алёнушка и прислонила её к губам.
Вместо ответа бабушка расправила мокрые волосёнки на её головке и поцеловала в горячий лоб. На другой день Алёнушке действительно стало легче. Спала температура, и она повеселела.

- Матронушка помогла! Матронушка вылечила! - прыгала по комнате девчушка, размахивая иконкой.
- Может, и Матронушка, - думала про себя бабушка, - а, может, человеческое, не знающее границ, тепло, какое сумела передать с иконкой, эта удивительная женщина.

Полусказка полуправда про морские огурцы

I

Глубоко-преглубоко в пещере на дне тёплого океана жили и живут теперь огурцы. Да только не такие огурцы, которые в огороде на грядке растут, а особенные – морские, по-научному голотуриями называются. Все они толстенькие да кругленькие, как сосиски. Одни маленькие-премаленькие, меньше мизинчика, а другие большие-пребольшие, как акулы. Тело у них полосатое, а по бокам – иголочки, чтобы от врагов защищаться. 
Дружно жила семья голотурий. Самая крупная и разумная среди них была Галатея – огуречная мама. Все дети и большие, и маленькие почитали и слушались её. Каждое утро всё семейство отправлялось на работу. Впереди плывёт сама Галатея, за ней – большие голотурии, по бокам – средние, а сзади - самые маленькие. Медленно продвигаясь вперёд, они, как пылесосы, всасывают в себя «морской мусор» (сгнившие остатки животных и растений), очищая воду. Все рыбы и морские животные обожали голотурий. Да и как можно не любить их – морских тружеников, которые дают всем чистую воду. И к тому же Галатея и старшие её дети не раз спасали от врагов мелких рыбёшек. Откроют свои рты, запустят к себе в брюхо бедных мальков, как в свой собственный дом. Вот и попробуй отыщи их там! А когда минует опасность, тогда они покидают своё живое убежище. Но, кроме друзей, у голотурий были и враги. Мудрая Галатея тщательно оберегала своё большое семейство. Помогали ей в этом красные, как маки, морские ежи, которые плавали повсюду в океане и вовремя сообщали огуречной маме, если им угрожала опасность, но саамы главный страж у голотурий – Морской Конёк. Зацепившись длинным хвостом за подводное дерево он зорко следит за проплывающими мимо рыбами своими удивительными глазами, которые смотрят у него в разные стороны и всё видят. Плавников у Морского Конька нет, и плавает он стоя, будто идёт по воде, как человек, только очень быстро. А голова у него, совсем как у шахматного короля, только большая и страшная. Грозный вид у морского конька. Не подплывай близко!

II

Галатея была сильной и храброй. Имя ей дали моряки в честь своего корабля, который назывался «Галатея». Любопытная от природы, огуречная мама иногда уплывала далеко от дома. Ей очень хотелось узнать, что делается там, наверху, что за странные существа эти люди, о которых голотурия много слышала от своих родителей.
Однажды она уплыла так далеко, что увидела вдали землю. В это время у берега стоял корабль «Галатея», с которого моряки ловили рыбу. Голотурия не успела скрыться и попалась в сети. С интересом матросы рассматривали необыкновенную рыбу, похожую на колючую сосиску. Один моряк захотел взять её в руки, но не смог. Голотурия упорно сопротивлялась. Вся ощетинилась  и колола его своими шипами.
- Храбрая особа! Смотри, как борется за свою жизнь! – смеялись моряки, наблюдая за поединком человека с отважной сосиской.
Всем матросам понравилась странная непокорная рыбина, и они решили отпустить её на волю.
- Живи себе на здоровье, Галатея!
Об этой истории сразу узнали не только все морские обитатели, но и сам Король рыб. 

III

Морской король жил недалеко от пещеры голотурий в коралловом замке. Ярко-красные кораллы на нём были окутаны тонкой паутинкой, в которой сидели мизерные паучки-светлячки. Словно жемчужные бусинки на роскошном покрывале, они светились ночью тысячами огоньков и отпугивали проплывающих мимо рыб и животных. Всё королевство утопало в зелени кудрявых водорослей, среди которых красовались белоснежным ковром огромные морские лилии. Морской король хорошо знал мать голотурий, которая много раз приплывала со своим семейством в его замок, чтобы навести в нём порядок и очистить воду от мути. 
В этот раз ему очень хотелось узнать от неё, что за существа эти люди. Галатея подробно описала человека и так рассмешила морского короля, что у него от смеха поднялись кверху серебристые чешуйки. 
- Ох и страшные чудовища эти человеки, - начала она свой рассказ. – Голова у них как у Коня моего шахматного, большущая, а на ней водоросли растут - белые да рыжие. Все они лупоглазые, как наша Каракатица. Все хвостатые. У каждого по четыре хвоста. На двух задних они ходят, а передними воду загребают, рыб ловят. Чудовища эти полосатые, как я, да только тощие, как моя троюродная тётка из Тридесятого Заокеанского Государства.

VI

Однажды откуда-то издалека приплыла старая Каракатица, сделала из ракушек себе дом и поселилась неподалёку от пещеры голотурий. Целыми днями эта древняя старуха сидела в своей раковине и следила за всеми своими огромными глазищами. У неё было 10 конечностей, с помощью которых она передвигалась по морскому дну и плавала по воде. По ночам Каракатица покидала своё жилище и отправлялась добывать себе пищу. Двумя передними лапками она цепко хватала свою жертву и отправляла в рот. По бокам туловища у неё были огромные карманы, в которые она засовывала свои длинные передние конечности, когда спала. Лупоглазая Каракатица не выносила шума и терпеть не могла маленьких детей. 
Как-то утром Галатея со своими детьми отправилась на работу. В пещере остались одни малыши. Мать строго-настрого наказала им сидеть дома и никуда не ходить до их возвращения. Сначала пузатенькие огурчики сидели в пещере и скучали. Но потом самый старший из них Огурчонок позвал всех играть в догоняшки. Малыши обрадовались, выскочили из дома и стали бегать друг за другом. Они так расшумелись, что разбудили Каракатицу, которая только что заснула. Старуха страшно разозлилась, схватила палку и стала гоняться за шаловливыми огурчиками. Те, которые постарше, вместе с Огурчонком убежали, а самым маленьким крепко досталось от разъярённой Каракатицы. Двоих малышей она засунула в свои большие карманы и утащила в своё раковичное убежище. К несчастью, Морской Конёк в это время спал и ничего не видел. Страшно перепугались маленькие голотурии, а особенно Огурчонок, которому Галатея наказала следить за малышами. 
Вот достанется ему от матери за братьев! Дрожа от страха, он отправился к дому Каракатицы. Лупоглазая старуха увидела его в оконце, но не запустила в дом.
- Прости нас, бабушка! – просил её Огурчонок, стоя за дверью, -отпусти, пожалуйста, малышей!
Но Каракатица и не подумала открыть дверь.
- Не будем больше мы шуметь, - плача, продолжал умолять её Огурчонок, - пожалей моих братишек!
Долго упрашивал он старуху, но так ни с чем и пришёл домой.
Когда Галатея с детьми вернулась в пещеру, то застала такую картину: старшие голотурии испуганно перешёптывались между собой в углу, а малыши, побитые старухой, плакали.
- В чём дело? – сердито спросила она Огурчонка, и тот рассказал ей, о том, какая беда с ними приключилась. В это время проснулся Морской Конёк и узнав от красных ежей о злодействе Каракатицы, тут же явился в пещеру к голотуриям.
- Прости меня, Галатея, - проговорил он, опустив вниз свою шахматную голову.
- Иди скорее выручай детей, пока Каракатица их не съела, - сказала мать со слезами на глазах.
Увидев Морского Конька в оконце, старуха испугалась и заперлась в доме. Долго страж стучал к ней в дверь, но в ответ ни гу-гу. Хитрая Каракатица притворилась глухой, не слышит будто стука. Страшно рассердился тогда Конёк и так ударил по двери своей огромной головой, что сломались запоры и рассыпались хрупкие ракушки освободив проход.
- Отдай, Каракатица, огурчат, - сказал ей страж, - не будут больше они нарушать твой покой. 
Но упрямая старуха будто не слышала его, глядит мимо него своими огромными глазищами. 
- Отпусти, говорю, по-хорошему! – пробасил Конёк сердито, но лупоглазая старуха не пошевелилась, сидела, отвернувшись к окну.
В это время завозились в огромных её карманах и запищали маленькие голотурии.
- Ах, ты так! – разъярился Морской Конёк и так ударил Каракатицу своим длинным хвостом, что  та упала и кубарем покатилась по полу. Малыши выскочили из её карманов и побежали домой, где с нетерпением их ждала мать Галатея с братьями и сёстрами.

V

Не стала Каракатица больше нападать на голотурий, но злобу затаила. Думала-думала и придумала, как отомстить голотуриям и этому безногому Мороскому Коньку. Однажды поздно ночью она вылезла из своей раковины и отправилась искать акулу. Она узнала от своей тётки Каратицы, где живёт Зубатка, самая злющая и зубастая акула в океане. Когда Каракатица рассказала ей о пухленьких огурчиках, то у той от жадности даже зубы застучали. Морской конёк, у которого глаза смотрели в разные стороны, ночью видел лупоглазую старуху, но подумал, что она отправилась добывать себе пищу, и не остановил её. А красные ёжики, охранники голотурий, плыли за Каракатицей следом и подслушали её разговор с Зубаткой. Когда они вернулись домой, то сразу рассказали Галатее о злодействе старухи.
Океан так же, как и земля, полон слухов. Заволновались морские животные, попрятались в свои норы от страшной акулы рыбы. Мать Галатея тут же позвала Морского Конька и велела ему немедленно плыть за помощью к Морскому Королю.
Страшно рассердился Король моря, когда узнал от Конька о страшном замысле Каракатицы и Зубатки. Затряслась, заходила ходуном на его голове сияющая корона, засверкали, взъерошились на нём от злости серебряные чешуйки.
- Как посмели они напасть на голотурий! – закричал он не своим голосом, - не жить им больше в моём морском государстве!
На крик короля тут же приплыли колючие ерши, окружил его со всех сторон.
- Спасти голотурий! – приказал он ершистому командиру, - либо не жить вам в море-океане.
Но коварная Зубатка появилась раньше Морского Конька и ершистого королевского войска.
Едва Галатея успела спрятать своих детей в пещере, как хищница набросилась на неё. Разинула свою огромную страшную пасть, чтобы заглотить пухленькую голотурию, но уколовшись о её шипы отступила назад.
Защищая своих детей Галатея отважно бросилась навстречу Зубатке. От неожиданности зубастая акула, не привыкшая встречать сопротивление от своей жертвы, опешила. А Галатея в это время подплыла к ней сзади и поранила ей хвост своими колючками. Остервенелая от боли, Зубатка укусила её за пухлый бочок. И в ту же минуту тело Галатеи расползлось, растворилось и превратилось в вязкую липкую массу, от которой разнёсся по воде отвратительный запах. У зубастой хищницы от вони закружилась голова и её затошнило. В это время появился Морской Конёк с королевским ершистым войском. Колючие воины со всех сторон набросились на Зубатку и погнали её прочь от пещеры голотурий в Заокеанское Тридесятое государство, где жили акулы, такие же злые, как она сама.
Как только опасность миновала, вылезли из пещеры морские огурцы. Заплакали, запричитали над бесформенной массой, которая осталась от их матери. Так прошла неделя, потом другая, и как-то утром, к своему счастью и удивлению, они заметили, что тело Галатеи срослось и зашевелилось. Ожила огуречная мать, но только долго ещё болела, обрастая колючками.
Вода за это время в море помутнела, и рыбы стали болеть. Ещё слабая, но сильная духом, Галатея снова принялась со своими детьми за работу, опять стала очищать от грязи морское дно. 
От плохой воды и от своего собственного зла заболела и старая Каракатица. Притихла, не вылезает из своего убежища, боится встретиться с Галатеей и Морским Коньком. Поняла старуха, какое зло она сделала. 
Скоро сказка сказывается, да нескоро дело делается…

VI

Озлоблённая от неудачной охоты, Зубатка не успокоилась. Желание поживиться пухленькими огурчиками стало в ней ещё сильнее, чем было. Хищница собрала вокруг себя целую стаю акул, чтобы снова напасть на беззащитных голотурий. 
- Галатеи уже нет на свете. И самое время полакомиться сладкими огурчиками, - говорила она таким же жадным акулам, как она сама. 
Этот разговор случайно услыхала Каракатица, когда проплывала мимо норы Зубатки. Старуха очень испугалась. Теперь она понимала, какая опасность грозит ей самой и всем рыбам, если погибнут все голотурии. 
Не теряя ни минуты, она отправилась к Галатее и рассказала ей о том, что задумала Зубатка. Обеспокоенная новой опасностью, мать голотурий вызвала к себе Морского Конька и велела ему снова отправляться к Морскому Королю за помощью.
Махая своим длинным хвостищем, страж не просто плыл по воде, а словно летел по воздуху, пока не добрался до кораллового замка. 
Услыхав от Конька о готовящемся нападении на голотурий, Морской Король пришёл в ярость.
- Остановить злодеев! – заорал он, потрясая ослепительной своей короной. И снова взъерошились на нём серебристые чешуйки. 
Но вдруг Король осёкся и замолчал. Победить одну Зубатку не так трудно, а справиться с целой стаей акул его ершистое войско не сможет. 
Немного подумав, он решил послать Морского Конька за помощью к Кашалоту.
- Отправляйся в Заокеанское государство к властелину морского пространства, поклонись ему и скажи, что Морской Король просит его величество спасти голотурий от акул.
Морской Конёк много слышал о Кашалоте и знал, что страшнее и сильнее которого нет никого в океане, но, когда увидел его, очень испугался. Перед ним предстало гигантское морское чудовище величиной с подводную гору. Голова которого – громадная подушка, занимала половину туловища. А разинутая пасть его походила на глубокую красную яму, на дне которой шевелился огромный длинный язык.
- Зачем пожаловал ко мне? – спросил Морского Конька властелин океана, и пасть его с шумом захлопнулась.
Дрожа и заикаясь, страж передал ему просьбу Морского Короля. 
- Наказать негодяев, - затряс Кашалот своими огромными плавниками и велел Морскому Коньку плыть за ним.
Раздвигая перед собой огромные волны, он передвигался с молниеносной быстротой. Море бурлило от его могучих движений и стонало от ужасающих звуков, исходивших из его утробы. Испуганные рыбы расплывались в разные стороны и прятались по своим норкам. Махая своим длинным хвостом, Морской Конёк тоже плыл очень быстро, но не мог поспеть за Кашалотом.
А в это время прожорливые акулы приближались к пещере Галатеи. Они мчались быстрее ветра, толкались и кусались. От жадности у них стучали зубы, каждой хотелось побыстрее схватить свою добычу. Впереди всех летела Зубатка. Она очень удивилась, увидев у входа в пещеру Галатею, живую и невредимую. 
- Какой сюрприз! Сама добыча в рот ко мне просится! – воскликнула хищница и тут же попала в огромную пасть Кашалота, который в этот миг вынырнул из морской пучины.
А за ней последовали и остальные акулы.
- Давно я так сытно не ужинал! – проговорил довольный Кашалот, закрывая пасть, похлопывая себя по огромному брюху!
Испуганная, но счастливая Галатея, поблагодарила океанского властелина за спасение её детей, а Морской Конёк низко поклонился ему своей большой шахматной головой.
Прошло много времени, но до сих пор живут в океане морские огурцы, очищают от мути морскую воду, и никто их больше не трогает.

Сказка про непослушного Карасишку

Жил в пруду Карасишка. Были у него мама Карасиха и папа Карасище. С родителями поживал он и никакого горя не знал. Карасиха кормила сына сладкими мошками и жирными червяками. Иногда она ухитрялась принести ему вкусных хлебных крошек. Толстобрюхий папа Карасище каждый день ходил с сыном на прогулки. Да только вот беда: Карасишка был очень непослушным сыном. 
— Не ходи один гулять! — наказывает мама. 
Но не успеет оглянуться, а Карасишки уж нет. Отец с матерью говорят ему одно, а он себе — другое. И все у него наоборот получается. Вот из-за этого-то и приключилась с ним одна история.
Однажды папа Карасище позвал Карасишку с собой на охоту. 
— Пора приучать сына добывать себе пищу, — решил отец. 
Карасишка очень обрадовался и обещал быть послушным. На другой день они отправились на охоту. По пути Карасище рассказывал сыну, как надо ловить жучков, паучков и червяков. 
— Самый большой наш враг — рыбак, — сказал Карасище. — Поймает, тогда прощайся с жизнью. Не попадайся на удочку! 
Карасишка не слушал отца, рассматривая в воде какую-то мошку.
Карасище разгреб носом ил и отыскал там червячка. Карасишка хотел было схватить добычу, но отец остановил его.
— Ты совсем не слушал меня, — огорчился Карасище, — смотри, как надо брать червяка. 
Он тщательно осмотрел добычу со всех сторон, не угрожает ли опасность. Только потом осторожно потянул его к себе. Жирный червяк оказался во рту, но Карасище не стал его есть, а отдал сыну.
Так начались трудовые дни. Скоро Карасишка усвоил все премудрости охоты. И зачем это отец забивает ему голову своими нравоучениями? Да еще говорит, что нужно учиться целые годы, чтобы опыта набраться. А он, Карасишка, за несколько дней все узнал. Однажды, несмотря на запрещения отца, он один отправился на охоту.
В пруду ярко играло солнце. В воде очень хорошо было видно не только червяка, но и маленькую, едва заметную мошку. Карасишка плыл медленно, внимательно разглядывая кудрявые водоросли. Вдруг прямо перед собой он увидел длинного белого червяка. Не помня себя от радости, Карасишка схватил его ртом. Тот пошевелился и слегка подался вверх.
— Не уйдешь, — злорадно подумал Карасишка и потянул червяка вниз. Острая боль пронзила верхнюю губу. Карасишка рванулся в сторону, но крючок держал его крепко. От боли и страха помутилось в глазах, и он потерял сознание. Пришел в себя Карасишка от громкого крика, какого никогда еще не слышал в своей рыбьей жизни.
— Ага, попался, красавчик!
В эту минуту он увидел огромное лицо человека, который крепко держал его в руке.
— Надо же, как заглотнул, голодный видно,— снимая с крючка Карасишку, говорил рыбак стоящему рядом мальчику.
Тут он дернул крючок и порвал рыбке губу. Бедный Карасишка так весь и задергался от сильной боли.
Ах, если б он умел кричать! Он тогда, наверно, попросил бы о пощаде. Но рыбы не умеют ни кричать, ни плакать.
— Посади его в садок, Ваня, — сказал рыбак, передавая его мальчику. 
Мальчик осторожно взял рыбку в руки и стал рассматривать её. Карасишка задыхался без воды и судорожно работал жабрами. Собрав последние силы, он подпрыгнул и, выскользнув из рук мальчика, упал в воду у самого берега. Мальчик бросился ловить его, но было уже поздно, Карасишка пустился наутек.
— Жив! Неужели жив?! — лихорадочно стучало в мозгу. 
Измученный, с порванной губой, добрался Карасишка до дома. Вот какой урок в жизни получил непослушный Карасишка.

Сказка про красавицу Василинку и про каменный ключ

 1

Когда-то давным-давно среди лугов зелёных да среди гор высоких стояла одна деревенька. Прославилась она девушками-красавицами, среди которых самая прекрасная Василинка была.
Весело жили там люди, не тужили: день работали, а вечером пели да плясали. Но нежданно-негаданно пришла туда чёрная беда. Стали исчезать пропадать девушки-красавицы. Как пойдут в горы, так и не вернутся назад. Напуганные страшным горем, люди перестали ходить туда.
Одна только Василинка не боялась гор. Они манили её своей красотой и будто звали к себе в гости. 
И был у девицы-красавицы друг Василёк, сильнее которого никого в деревеньке не было. С ним Василинка никогда не расставалась: куда он, туда и она.
Но однажды Василёк ушёл на охоту один и не взял с собой свою подругу. Василинка поскучала-подождала и пошла в горы встречать его.

2.

Долина пестрела яркими свежими цветами. Девушка любовалась ими и собирала красивый букет. Чем дальше она уходила в горы, тем чудеснее попадались ей цветы. От сильного аромата закружилась голова, и она задремала, опустившись на мягкую травку. А когда открыла глаза, обомлела от счастья. Вместо цветов в её ладонях сверкали, переливаясь радужными красками, драгоценные камушки. Василинка огляделась и увидела вокруг себя сияющие разноцветными огоньками кочки, которые вдруг пошевелились, показали свои блестящие головки, подняли кверху крошечные ручки и превратились вдруг в маленьких человечков. Загадочные карлики улыбнулись красавице и стали кидать ей под ноги чудесные камушки.
Завороженная необыкновенной красотой, Василинка собирала их, забыв обо всём на свете. А таинственные человечки, то исчезали, то появлялись снова, заманивая её всё дальше и дальше в горы. А она всё шла и шла за ними, околдованная крошечными стражами.

3.

Василинка даже не заметила, как очутилась в пещере, посреди которой была целая гора из разноцветных искрящихся камней. Не помня себя от радости, девушка бросилась к ней. Как вдруг раздался страшный грохот, обвалились сверху камни и засыпали вход в пещеру. Василинка остолбенела от страха, не в силах сдвинуться с места. А драгоценная гора вдруг потемнела, пошевелилась и превратилась в уродливое каменное чудовище с маленькой острой головой и огромным туловищем.
— Добрый день, моя красавица, — проскрипело чудовище, едва шевеля каменными губами.
— Кто ты такой, не знаю, — опомнилась от страха Василинка, — но я не твоя красавица.
— Я хозяин гор — Камнегром, — проговорил он каким-то подземным голосом, — и ты теперь будешь моей женой.
— Нет, никогда! — закричала несчастная девушка и зарыдала, захлёбываясь слезами.
— Я осыплю тебя золотом и дам тебе всё, что ты захочешь, — сказал он, хищно улыбаясь.
— Спасибо, хозяин гор, но не надо мне твоего богатства, — проговорила Василинка, — отпусти меня, пожалуйста, к моему Васильку.
— Не для того мои стражи заманили самую красивую девушку на свете, чтобы я отдал её какому-то жениху.
Тут Камнегром схватил её за руку и потащил за собой показывать свои сокровища.

4.

Пещерные коридоры были усыпаны драгоценными камнями. Стены и потолки сверкали серебряными и золотыми украшениями. Всё кругом сверкало, блестело и переливалось. Но не позарилась Василинка на богатство, не согласилась быть его женой.
Загремел от ярости Камнегром, забормотал своё каменное заклинание. Стрелы молний прорезали пещерные стены, и застонали вокруг горы.
Глазища его в огромных впадинах загорелись и осветили тёмные своды пещеры. Василинка вдруг увидела окаменевших красавиц – своих подруг. Они стояли неподвижно вдоль стены в сияющих белых платьях и смотрели на неё застывшими печальными глазами.
— Что ты сделал с ними!? — закричала в ужасе Василинка и стала бить кулачками по его каменному туловищу.
— Ни одна из них не захотела стать моей женой. Вот я их и наказал, — сказал Камнегром, самодовольно осклабясь.
— Оживи, отпусти их, хозяин гор, — взмолилась красавица, — их ждут – не дождутся дома родные.
— Никогда! Они украшают моё жилище, — загромыхал он, скрежеща зубами, — и ты будешь стоять рядом с ними, если не согласишься стать моей женой.
— Я твоя пленница, — сказала, заливаясь слезами, Василинка, — но сердце своё я тебе никогда не отдам.

5.

А в это время Василёк искал свою подругу. Услыхав грохот в горах, он направился прямо к пещере. На пути его то и дело попадались сверкающие кочки, которые слепили ему глаза и мешали идти. Василёк без конца спотыкался о них и падал. А маленькие стражи (это были, конечно, они) то исчезали, то вырастали из-под земли и лезли ему под ноги. Но Василёк медленно продвигался вперёд, разбивая каменных человечков на мелкие камушки. Измученный, с разбитыми в кровь ногами, он всё-таки добрался до пещеры.

6.

Но вход в пещеру был завален камнями. Василёк стал кричать, звать свою Василинку. Но только эхо дразнило его, да сыпались с горы камни. Разозлившись, Василёк стал скидывать огромные валуны, освобождая вход в пещеру. Тут загремел гром, и стало совсем темно. Сверкнула молния, и перед ним выросло каменное чудовище с маленькой острой головой и огромными горящими глазами.
Это был хозяин гор — Камнегром. Бормоча своё каменное заклинание, он пошёл прямо на Василька. Но юноша не отступил, не испугался, а стал швырять в хозяина гор тяжёлые камни.  Но Камнегром разевал свою огромную пасть, глотал их и хохотал так, что сотрясались горы. Один камень Василька угодил в голову чудовища и сбил острую его верхушку. Разъярённый Камнегром двинулся на Василька и свалил его с ног. Ещё миг и раздавит смельчака. Но Василёк вскочил и ловко прошмыгнул между каменных лап чудовища.

7.

В это время Василинка металась по пещере, не зная как помочь своему другу, как вдруг услыхала таинственный шёпот у самой земли.
— Вся сила Камнегрома таится в каменном ключе, который лежит в каменном мешке. Девушка наклонилась и увидела крошечного каменного гномика.
— Разбей его, — боязливо прошептал добрый карлик и исчез, будто его совсем и не было.
Василинка огляделась и увидела каменный мешок, который Камнегром забыл взять с собой. Трясущимися руками она схватилась за него и с трудом вытащила тяжёлый каменный ключ. Напрягая все силы, Василинка стала разбивать его о камни, царапая в кровь нежные пальчики. 
Медленно, но всё же ломался ключ, и так же медленно оставляли силы могучего хозяина гор. Сначала он забыл своё волшебное заклинание, потом стали вываливаться камни из его каменных лап. А Василёк, чувствуя слабость противника, не давая ему передышки, швырял в него огромные валуны. Камнегром не мог даже наклониться, чтобы схватить камень и ответить ему. Яростно рыча, он вертелся, как на сковородке, подставляя под удары каменные бока.
В это время Василинка всё-таки сломала ключ и упала на землю без чувств. 
Дико заревел хозяин гор и рассыпался на мелкие камушки. А на том месте, где он стоял, вырвалась из под земли вода, и забил Каменный ключ. 
Последний раз прогремел гром, и повалилась стена, открывая вход в пещеру. Ожили, проснулись от страшного сна, красавицы и, как птицы, выпорхнули из пещеры. Только Василинки среди них не было. С бьющимся сердцем вбежал Василёк в каменное убежище и ужаснулся, увидев неподвижную подругу на земле. Он поднял её на руки, обливаясь слезами. И вдруг услыхал, как стучит, бьётся её живое сердце.
— Ты будешь жить, — проговорил, едва дыша, Василёк и облил подругу ледяной водицей из Каменного ключа. 
Василинка вздрогнула, открыла глаза и улыбнулась ему светло и радостно.
Счастливые, они взялись за руки и больше никогда не расставались.
А каменный ключ живёт до сих пор, бьётся из-под земли его целебная водица и лечит людей.

Сказка про Надею и ее воздушный замок

Жила когда-то давным-давно девица-красавица Надея. Была она прекрасна, и ум у неё был чудесный. Глядишь на неё — не наглядишься, слушаешь её — не наслушаешься. Прослыла она в народе принцессой не за богатство своё, а за красоту, за ум свой необыкновенный. Все восхищались ею: «Ай да Надея! Ай да умница! Лучше Надеи во всем свете девицы не найти!»
Возгордилась Надея, от людей отгородилась.
Построила она себе на диво всем воздушный замок. Чудо из чудес! Ни у кого такого нет! Висит замок в воздухе, как огромный воздушный шар, светится, переливается на солнце всеми цветами радуги. Ветер качает его из стороны в сторону, и хорошо, привольно принцессе. Совсем как в люльке!
Мечтай сколько угодно! Спи сколько хочешь! Никто не помешает. И стали сниться Надее цветные сны. Необыкновенные сны, как сам воздушный замок. Прекрасные девушки с длинными волосами плывут по воздуху, словно русалки, и поют тихо, спокойно, как райские птицы в саду. А юноши к ним руки протягивают, дотянуться до них пытаются и слова нежные им говорят. А внизу земля плывёт зеленая, чистая, словно дождем обмытая; благоухает от цветов, искрится под солнцем.
Сказка про Надею Валентина КужелеваЧего только она не увидела в своих снах! Где только не побывала! И было всё это чудесное, да только воздушное, как сам замок, в котором она жила.
Недолго радовалась Надея своему счастью. Скучно стало, к людям потянуло. Да только как к ним пойдешь, если сама от них отвернулась? Увидела она как-то желтогрудую синичку, зазвала к себе, приютила, накормила.
— Живи со мной, птаха, — говорит принцесса, — нам с тобой вдвоём веселее будет.
Сначала синичка пела, радовала Надею своими песнями, но скоро заскучала, на волю попросилась.
— Чего не хватает тебе, птаха? — спрашивает Надея. — Аль дом мой не хорош? Или еды — питья тебе мало?
— Дом-то твой хорош, да только тесно в нём. Хочу летать на воле, хочу видеть и слышать всех и чтобы меня все слышали.
С этими словами выпорхнула желтогрудая синичка из воздушного замка. Задумалась тут Надея, крепко задумалась. Померк тогда в её глазах воздушный замок, стал вдруг тесен и мал для неё. Заплакала Надея сильно-сильно, так, что ручьи из глаз полились. И растаял в этих слезах, как снег весной, её воздушный замок. А вместе с ним растаяла и сама Надея со своими воздушными снами.
С тех пор прошло немало времени. На том месте родничок бьёт из-под земли, словно сердце человеческое стучит, вода в том роднике холодная и чистая, как слеза. Но только той водицы никто не пьет. Горька она и солона.

Бабушкина сказка

 1

Бабушкина сказка Валентина КужелеваДавным-давно жили-поживали муж с женой. Был у них один-единственный сынок Иванушка, а им очень хотелось иметь дочку. Идут они однажды по лесу, а навстречу им дряхлая-предряхлая старушка.
— О чём задумались? О чём запечалились? 
Рассказали они ей про свою горькую печаль.
— Помогу я вашему горю, — говорит старушка, — будет у вас доченька, только, когда она вырастет, должна выйти замуж за моего сына — славного Чародея.
Подумали муж с женой, подумали да и согласились. Через несколько дней появилась на свет у них девочка, которую назвали Еленушкой. Росла она не по дням, а по часам и стала такой красавицей, что ни в сказке сказать, ни пером описать.
Прошло время. Умерли родители, и остались Иванушка с Еленушкой одни на белом свете.

2.
Пошли однажды братец Иванушка с сестрицей Еленушкой на могилку к отцу с матерью, да повстречали по дороге страшного-престрашного Чародея. Голова кабачком, нос торчком, а глаза на лоб лезут. Еленушка от него в сторону отшатнулась, а он её за белую ручку берёт да невестой зовёт.
— Родители твои, — говорит, — обещали матушке моей отдать тебя мне в жёны. 
А Еленушка стоит, как осиновый лист на дереве, дрожит.
— Через три дня я к тебе приду, — говорит Чародей. — Пироги пеки да гостей на свадьбу зови. Сказал и исчез, будто сквозь землю провалился.
Иванушка с Еленушкой пришли на могилу к отцу с матерью, и давай поливать её горючими слезами.
Вдруг земля возле них зашевелилась, потом обвалилась, и появился перед ними человечек чёрный, как земля, ростом ниже сапога.
— О чём горюете, сиротинушки? — спросил земляной человечек.
Рассказали они ему про свою горькую печаль и опять заплакали.
— Помогу я вашему горю лютому, — говорит маленький человечек, — только слушайте меня внимательно. Чародей любит слушать сказки. Через три дня он придёт к вам домой. Усади его, Еленушка, рядом на скамеечку, положи его голову к себе на колени да расскажи сказку. Чародей послушает-послушает да и уснёт. Тогда выходите с Иванушкой в чистое поле и зычным голосом три раза прокричите: «Конь вороной, встань передо мной!» Прибежит к вам тогда борзый конь, садитесь на него и скачите прочь, что есть духу. Да прихватите с собой гребешок, щётку и полотенце. Когда Чародей станет вас догонять, бросьте щётку — тогда сзади вас вырастет густой-прегустой лес. Когда он снова начнёт настигать — киньте гребешок, и позади вас появятся высокие-превысокие горы. В третий раз бросьте полотенце, и вы окажетесь на другом берегу огненной реки, которую ни птица не перелетит, ни зверь не перебежит.

3.
Иванушка с Еленушкой поблагодарили земляного человечка и отправились домой. Через три дня пришёл Чародей — голова кабачком, нос торчком, глаза на лоб лезут. Усадила его Еленушка рядом с собой на скамеечку и давай ему сказку рассказывать. Не успела и половину рассказать, как храп на всю избу раздался. Вышли тогда они с Иванушкой в чистое поле и сказали слова заветные:
— Конь вороной, встань передо мной! 
Глядь: конь бежит, земля под копытами дрожит. Сели они на борзого коня и помчались, что было духу.
Долго ли — коротко ли они ехали, только слышат: земля дрожит.
— Сестрица Еленушка, приложи ушко к земле, нет ли за нами погони, — говорит Иванушка.
Припала к родной земле Еленушка:
— Да, братец Иванушка, Чародей близко, вот-вот нас догонит.
Бросил тогда он на землю щетку: сзади них вырос густой-прегустой лес.
Долго ли - коротко ли они так ехали, только снова слышат: земля гудит.
— Сестрица Еленушка, приложи ушко к земле, не догоняет ли нас Чародей, — просит снова Иванушка.
Припала к земле Еленушка:
— Догоняет нас Чародей проклятый, сейчас же из-за кустов покажется, снова отвечает она.
Бросил Иванушка на траву гребешок: сзади них появились высокие-превысокие горы.
Когда в третий раз стал Чародей настигать их, Иванушка кинул на землю полотенце, и позади них образовалась широкая огненная река, которую ни птица не перелетит, ни зверь не перебежит. А на берегу реки они увидели златоглавый терем с двумя петушками на трубе. И стали в том тереме Иванушка с Еленушкой жить-поживать. 
Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается.

4.
Живут — не тужат братец с сестрицей. Еленушка обед готовит, Иванушка на охоту ходит.
И вот однажды, когда ушёл Иванушка на охоту, Еленушка по берегу реки огненной гуляла и услыхала шёпот сладостный. Это Чародей с того берега хвалебные речи ей говорил, красавицей, голубушкой называл. Захотелось ему Еленушку повидать, и просил он её бросить полотенце волшебное на землю. Приятно ей было слушать словечки чародеевы сладкие, да только ушла в терем красавица.
Пришёл Иванушка домой, только сестрица ничего не сказала про чародеевы хитрости.
На другой день Иванушка снова на охоту отправился, а Еленушка гулять пошла к реке огненной. И опять услыхала она шёпот ласковый, чарующий. Голова у неё закружилась от слов чародеевых, еле до терема дошла, на лавку свалилась. И на этот раз Еленушка не рассказала братцу про Чародея. На третий день Иванушка пошёл на охоту очень далеко, и ночевать не пришёл. А пока он ходил, Чародей заворожил Еленушку, одурманил ей голову сладким шёпотом. Не выдержала она, бросила полотенце волшебное на землю, и тотчас же через огненную реку мост появился. Не успела Еленушка опомниться, как Чародей тут как тут: голова кабачком, нос торчком, глаза на лоб лезут. Да только мил он стал теперь Еленушке. Поднял Чародей с земли полотенце: исчез мост, будто его и не было.
Сидят они, друг другом любуются, а Чародей все уговаривает красавицу извести, погубить Иванушку. Не соглашалась она, противилась. Да разве устоишь против колдовства чародеева. Говорит ей тогда проклятый лиходей:
—  Притворись больной, Еленушка, скажи ему, что вылечит тебя только сердце красной уточки. Пойдёт он её искать и не вернётся.

5.
Пришёл домой Иванушка, а Чародей в бане спрятался, будто его здесь и не было. Еленушка лежит — помирает, стонет во всю мочь. Голову ломает Иванушка, как помочь сестрице своей ненаглядной. Тогда Еленушка и говорит:
— Далеко-далеко за чистым полем, за высоким лесом есть Красное озеро. У берега этого озера плавает красная уточка, и только сердце этой уточки может спасти меня.
Тут же снарядился Иванушка и отправился в путь-дорожку дальнюю.
Долго ли коротко ли он шёл, утомился да под куст свалился. Проснулся на другой день. Видит: зайцы на поляне прыгают, пляшут, а самый большой — на пне сидит, на гуслях-лаптях играет. Свистнул Иванушка. Зайцы разбежались, а музыкант кубарем в кусты покатился, с перепугу про гусли-лапти свои забыл. Поднял их с земли Иванушка да в мешок.
Идет он день, другой. Опять утомился, опять под куст свалился. Проснулся на другой день. Видит: черти по лесу носятся, шапку друг у друга отбирают. Один под шапку спрятался да исчез под ней, будто его и не было. Смекнул Иванушка: "Шапка-то не простая, волшебная". 
Выстрелил из ружья — черти в разные стороны разбежались, а шапка-невидимка ему досталась.
Долго ли - коротко ли шёл Иванушка, да очутился наконец на берегу Красного озера. У берега этого озера плавала красная уточка красоты неописанной.

6.
Обрадовался Иванушка, бросился к красной уточке со всех ног. Но только дотронулся до нее, как загремел гром, задрожала земля, и выросло перед ним невиданное чудовище. Птица - не птица, и зверь - не зверь. Туловище длинное костлявое, лапы тощие, как ветки сухие, морда мохнатая, а голова шишками облеплена. Испугался Иванушка, никогда он ещё не видел такого страшилища.
— Как ты посмел трогать моё сокровище? — заревело чудовище страшным голосом, — сотни лет я стерегу красную уточку, и ещё никто не прикоснулся к ней.
— He знал я, что она твоя, уж прости меня, грешного, — сказал Иванушка.
— Я Костолом — хозяин красной уточки, — заревело опять чудовище громовым голосом. — Я переломаю тебе все косточки.
— Не для себя, для сестры больной понадобилась мне твоя уточка, — стал объяснять Иванушка. 
Но Костолом уже шёл на него, выставив вперёд длинные костлявые лапы.
— Ну что же, погуби меня, если я того заслужил, — проговорил Иванушка, — только разреши мне перед смертью лютою сыграть на гуслях-лаптях.
— Будь по-твоему, — сказал Костолом, — сыграй напоследок.
Достал тогда юноша из мешка гусли-лапти, а Костолом увидел их и давай смеяться громовым хохотом.
— Что ж это за музыка у тебя такая смешная?
Но как только заиграл Иванушка, Костолом пустился в пляс. Пляшет-пляшет, пот градом, а остановиться никак не может.
— Ну, хватит, добрый молодец, — взмолился Костолом, — уж пожалей ты меня старого.
Перестал играть Иванушка, а Костолом всё никак остановиться не может. Наконец, отдышался и говорит:
— Ох, и повеселил же ты меня, добрый молодец! Ещё никогда я так в; своей жизни не плясал. Бери себе красную уточку, и я теперь друг твой до конца дней твоих.
Обрадовался Иванушка и протянул зверю руку свою молодецкую. Тогда Костолом и говорит ему: «Буду служить тебе, добрый молодец, верой и правдой. Только поверь моему слову звериному, обманывает тебя твоя сестрица прекрасная». 
Не поверил Иванушка, быть того не может. Подвел тогда Костолом его к озеру волшебному и дунул на воду три раза. Засветилась вода, разошлась кругами в стороны. И увидел тогда Иванушка, словно в зеркале, сестрицу свою Еленушку с Чародеем в обнимочку. Запечалился добрый молодец, потемнело у него лицо.
— Не думал, — говорит он Костолому, — что сестрица моя любимая может променять меня на Чародея лютого.
— Если пойдешь домой — смерть там найдёшь, — говорит Костолом, — не ходи, послушай меня старого.
— Раз обещал, — отвечает Иванушка, — то принесу я красную уточку, сестрице своей обманщице.
— Спрячь меня тогда в шапку-невидимку и бери с собой, — говорит Костолом, — а когда сестрица Еленушка тебя с дороги в баньку попариться пошлёт, не забудь меня прихватить с собой.

7.
Долго ли - коротко ли шли наши герои, только пришли, наконец, к терему златоглавому на берегу реки огненной.
Еленушка увидала в оконце брата родного и скорей Чародея в баню послала, чтобы спрятался. Сама улеглась на скамейку и ну себе плакать да причитать. Иванушка уточку ей подаёт, а сам смотреть на неё не хочет.
Поблагодарила его Еленушка и говорит:
— Ты с дороги, наверно, устал, братец мой родненький. Иди-ка в баньку, попарь свои косточки.
Только отворил Иванушка в баню дверь, как из-за угла набросился на него Чародей. Но из шапки-невидимки выскочил Костолом и переломал ему все косточки.
Туг Еленушка прибежала в баню, краснощекая да здоровая. Расплакалась, прощенья у брата стала просить, а Иванушка подает ей чашу серебряную и говорит:
— Ухожу я от тебя, сестрица-обманщица. Когда наплачешь полную чашу слёз, тогда прощу тебя, неверную.

8.
Долго ходили по свету Иванушка с Костоломом и пришли они, наконец, в чёрный-пречёрный город. Дома в том городе были все чёрные, дороги чёрные и люди тоже чёрные. Идёт навстречу чёрная старушка, а Иванушка и спрашивает:
— Скажи, бабуся, почему город ваш чёрный, отчего люди в трауре? А она и говорит:
— Живёт на горе трёхглавый Змей. Каждый год он уносит себе на съедение девушку. Теперь очередь дошла до царской дочери.
Только она это проговорила, как на дороге появились на конях царские слуги.
— Слушайте, люди всего города, — кричали они во весь голос. — Завтра прилетит трёхглавый Змей за царевной Василинкой. Кто избавит девушку от лютой смерти, за того царь отдаст свою дочь замуж.

9.
Наутро вывели слуги из царских палат прекрасную царевну Василинку и оставили одну на дороге. А Иванушка тут рядышком за дерево спрятался, шапку-невидимку с Костоломом к себе прижал. Налетел тогда трёхглавый Змей, задышал дымом едучим.
Темным-темно вокруг стало. Увидала Василинка страшного Змея, упала наземь без памяти.
Выскочил тогда из шапки-невидимки Костолом, оторвал Змею все три его головы и опять спрятался в шапку-невидимку. 
А Иванушка подошёл к прекрасной царевне и поднял её на руки. Очнулась красавица, поблагодарила доброго молодца, и кольцо обручальное на палец ему надела. Подбежали тогда слуги, подхватили царевну и увели в царские покои.

10.
Три дня болела прекрасная Василинка, на четвертый — встала по садику зелёному погулять, свежим воздухом подышать. Встретил её на дорожке старый принц Епатий и говорит:
— Выходи за меня замуж, прекраснейшая царевна.
— Не могу, — отвечает Василинка, — не ты спаситель мой, не ты избавил меня от смерти лютой. 
Угрожать ей стал старый принц Епатий, погубить обещал, если замуж за него не пойдет, если не скажет батюшке, что он её спас.
Пришлось царевне Василинке душой покривить. Сказала она отцу, что принц Епатий её спаситель.
Устроил тогда царь-батюшка для своей дочери такую свадьбу, какой ещё белый свет не видел. Все люди города были приглашены на этот пир. Пришёл туда и Иванушка, захватив с собой гусли-лапти. Увидал его царь и давай смеяться над ним:
— Что это у тебя за музыка такая смешная?
— Позволь, ваше величество, повеселить тебя, — просит Иванушка.
— Сыграй, — говорит тот, — на свадьбе всё можно.
Только заиграл Иванушка на своих гуслях-лаптях, как все гости со своих мест повскакали и пустились в пляс, а пуще всех сам царь пляшет. Всем весело, от топанья стены царского дворца затряслись. Только царевна Василинка молча стоит, украдкой слёзы платочком вытирает.
Кончил играть Иванушка, царь отдышался и говорит:
— Спасибо, удалой молодец. За всю свою жизнь я так никогда ещё не плясал. Поднеси-ка ему, Василинушка, чарочку.
Подошла царевна к Иванушке, ударил ей в глаза свет от кольца её обручального. Закачалась она, как тростиночка, и упала на пол без памяти. Прибежали тут слуги царские, стали её водой холодной поливать, в чувство приводить.
Очнулась Василинушка и рассказала батюшке всю правду горькую. Разгневался царь и велел старого принца Епатия в тюрьму заточить. А Иванушку нарядили да женихом царевны объявили. Подходит тогда он к царю и говорит:
— Позволь мне, ваше величество, позвать на свадьбу сестру мою Еленушку, только живёт она в тридевятом царстве на берегу реки Огненной.
— Поезжай, — отвечает тот, — бери моего коня борзого да легка пусть будет тебе дороженька.

11.
Поскакал Иванушка на царском коне быстрее ветра весеннего и уж к вечеру примчался к терему златоглавому у речки Огненной. Бросилась в ноги к нему Еленушка, горькими слезами заливается.
— Чашу, — говорит, — я не наплакала, уж прости ты меня, братец ты мой родненький. Простил её, конечно, Иванушка. Сели они на борзого коня и утром уж были на месте.
А город не узнать! Крыши домов стали красные, крылечки красные, даже шторы на окнах красные. Сняли люди чёрную одежду, в красную нарядились да на свадьбу отправились. Одна невеста Василинка была в белом наряде, и краше её никого на свете не было. Пир был там на весь мир. Всех пригласил царь на свадебку, даже принца старого из тюрьмы выпустил ради радости великой.
Стали жить-поживать Василинка с Иванушкой в высоком тереме златоглавом. С ними и сестрица Ивана Еленушка.
— Пусть живёт в довольстве и добре и жизни радуется, — решил Иванушка. 
А Костолом после свадьбы и говорит Иванушке:
— Настало время нам распрощаться. Разруби меня на три части равные. 
Испугался Иванушка. Как же он может поступить так с другом своим верным? Три дня уговаривал Костолом Иванушку, еле уговорил. Разрубил он Костолома на три равные части. Из одной — ворон вылетел, из другой — воронёнок, а из третьей — серый волк. Ворон с воронёнком улетели, а серый волк в лес убежал.

12.
Живут-поживают, горя не знают Василинка с Иванушкой да с сестрицей Еленушкой.
Иванушка на охоту ходит, Василинка вышивает ковры шёлком, a Еленушка обеды готовит. Однажды ушел Иванушка на охоту и не вернулся. Ждёт пождёт его молодая жена Василинушка, все глаза проглядела, а его всё нет и нет.
День проходит, другой настаёт; недели минули. Пропал Иванушка. Царь слуг посылает на поиски. День искали, другой и третий, да так и возвратились ни с чем.
А Иванушка в это время под кустом лежал разрубленный на мелкие кусочки.
Прилетел как-то ворон и стал его клевать. Откуда ни возьмись, волк прибежал и схватил ворона за хвост.
— Отпусти меня, волк, — просит ворон.
— Прикажи своему воронёнку принести живой и мёртвой воды, тогда отпущу.
Позвал ворон воронёнка и велел принести ему живой и мёртвой воды. Долго летал вороненок, долго держал за хвост ворона волк. Наконец, прилетел воронёнок. Взбрызнул волк Иванушку мертвой водой — срослось тело молодца, облил живой — ожил Иванушка. Потянулся и говорит:
— Как же долго я спал!
—  Спал бы ты, Иванушка, вечным сном, если бы не я, — говорит волк. — Старый принц Епатий убил тебя и разрубил твоё тело на мелкие кусочки. 
Обнял Иванушка волка за шею и говорит:
— Живи со мной, друг мой верный, в нашем златоглавом тереме.
А волк отвечает:
— Мне нужна вольная воля, лес и поле. Не могу я жить с тобой, Иванушка. Живи со своей женой Василинушкой на зависть злым людям да никогда добро не забывай.
Сказал так волк и убежал в лес дремучий.
А тем временем, пока Иванушка лежал в лесу убитый, старый принц Епатий снова к Василинке пристаёт, снова замуж её зовет. Только она смотреть на него не хочет, всё Иванушку своего ненаглядного дожидается.
Решил он тогда посватать Еленушку, но и та ему отказала.
А тут и Иванушка вернулся — жив и невредим. Все ахают, радуются, особенно прекрасная царевна Василинушка. Дождалась всё-таки друга своего сердечного!
Узнал тут царь про злодеянье принца Епатия, разгневался и велел привязать его к кобыльему хвосту.
Вывели слуги из конюшни борзую кобылу, привязали Епатия к её хвосту и пустили в чистое поле.
И разметала она его на мелкие косточки. Вам жалко?! Мне нет. Вот и сказочке конец, а кто слушал, молодец.

Сказание про чудесницу Анюту и её глазки

Когда-то очень давно за горами-долами жила-была чудесница Анюта. Просыпалась она с первым лучом солнца, умывалась утренней росой и шла встречать новый день.
Любила она петь, по лесам-полям бродить, людей будить. Как чудесница запоет – ветер проснётся, листьями зашелестит и понесет ее песню по всей земле. Говорили про нее люди: 
— Проснулась Анюта — несет нам утро!
Были у нее глаза особенные, не такие, как у всех людей, чудесные. Поглядит на небо — они голубые, на деревья — зеленые. А на землю посмотрит — огоньками всякими засветятся. И куда ни кинет взор, там цветы появляются белые, как снег; золотые, как солнце; алые, как заря.
Идет, поет, земля цветет, а люди просыпаются, на работу собираются. Радуются, что пришел новый день. 
С наступлением ночи, глаза красавицы потухали, алый наряд темнел, и она внезапно исчезала куда-то, будто ее и не было вовсе на свете.
Однажды появилась Анюта в одном селенье, и грустно ей стало. 
Жил там богатый-пребогатый Злыдень. Земля, леса и даже речка быстрая — все его, Злыднево, было. Люди в селе на него одного работали. С утра до поздней ночи пашут, скот пасут да замок его огромный стерегут. А он все ругается, над людьми издевается. Построил Злыдень около замка клетку железную. Провинился — сиди там, как зверь, под пудовым замком. А людей там видимо-невидимо собралось. 
Посмотрела на них Анюта и петь перестала. Руки к небу протянула: ястреб вдруг появился, на плечо её опустился. 
Дунула на него чудесница, вверх подбросила, и полетел тогда он к замку Злыдневу. В окне Ястреб скрылся и скоро с ключом в клюве появился. Открыла Анюта железную клетку, выпустила людей на волю. Поклонились они ей в пояс да по сторонам и разбежались. Улыбнулась Анюта и снова запела. Листья на деревьях зашелестели, птицы засвистели, а люди повеселели. Идет она по полям-лугам, цветы повсюду рассыпает разные — разные: белые, лиловые, красные. 
А Злыдень следом бежит, земля под ним дрожит, да только догнать ее никак не может. От злости цветы чудесные ножищами своими топчет.
— Ну, погоди! — орет, — ты от меня никуда не уйдешь, скоро в руки мои попадешь.
Наказал он всем слугам своим сети везде повесить, капканы везде расставить, ни есть – ни спать, а красавицу ему достать. Так однажды поутру и попалась Анюта в Злыдневы сети. Поймали ее слуги, в клетку железную засадили.
— Теперь, птичка, ты от меня никуда не улетишь, — говорит Злыдень, будешь в клетке сидеть да песенки мне петь.
На что она ему отвечает:
— Птица божья в неволе не поет.
Хвалится всем Злыдень, людей созывает на девицу-чудесницу поглядеть. Смотрят все на неё, да только никто не смеется, не радуется.
А Злыдень кричит на Анюту, велит на коленях перед ним стоять.
Стоит чудесница в клетке, как неживая: не шевелится, не слышит приказаний Злыдневых. Очи её потухли, ничего вокруг не видят.
Утром на небе радуга появилась. Проснулась Анюта, оживилась, солнышку поклонилась. И чудо из чудес! Глаза у нее засверкали, разноцветными огоньками заиграли. Потянулась к небу, головой повела, по сторонам посмотрела. И вокруг то здесь, то там цветы распускаться стали, разные-разные: белые, лиловые да красные. 
Тут пчелы появились, над цветами закружились, пожужжали-пожужжали да в окно Злыднево полетели. Набросились на Злыдня и давай его донимать-кусать. Заревел он на весь замок страшным голосом, да только никто не помог, не пришел к нему на помощь. А пчелы все жалят да жалят, а Злыдень все толстеет да надувается, как тесто, в духовке. И превратился он в круглый, как шар, огромный ком. Пчелки дружно навалились да и столкнули его с окошка. И покатился живой Ком по дороге. Сначала тихо, потом быстрее – быстрее, да и скрылся за поворотом.
А люди выпустили на волю Анюту, хорошо зажили и про горе свое забыли. А Злыднев ком до сих пор по дорогам катится, остановиться никак не может. Нигде ему пристанища нет. С тех пор прошло немало времени. Анюта, говорят, до сих пор ходит по свету, песни свои распевает да людей радует.
Полюбуйся, посмотри на ее анютины глазки, и чудесница придет к тебе во сне. Вы возьметесь с ней за руки и пойдете украшать землю дивными цветами. А ранним утром с первым лучом солнца кто-то тронет тебя за плечо и тихо на ухо скажет:
— С добрым утром, дружок!

 Содержание

Про Вику и добрые дела

Фокус - мокус

Гулька

Сказка про Задериху и Неспустиху

Святая Матронушка

Полусказка полуправда про морские огурцы

Сказка про непослушного карасишку

Сказка про красавицу Василинку и про каменный ключ

Сказка про Надею и её воздушный замок

Бабушкина сказка

Сказание про чудесницу Анюту и её глазки

 Валентина Кужелева

 Вместе с бабушкой

 Книга 

 Сказки и рассказы

Редактор Анна Малышкина

Корректор В.В.Кужелева

Дизайн Г.В.Ионов

Отпечатано в Прокопьевском отделении Союза Кузбасских Писателей.

Компьютерная вёрстка: Геннадий Ионов

 Тел. 8-904-373-6756 

 Для связи с автором.

http://www.proza.ru/avtor/anna1602

текст © Copyright: Валентина Кужелева,

рисунки © Copyright:  Антонина Гаденова

Адрес страницы автора: https://proza.ru/avtor/anna1602

Послушать, посмотреть и почитать вместе с автором «говорящие книги» можно на ютуб-канале:https://www.youtube.com/playlist?list=PLgRrO459b3lblDjYaJrpaFs1cj7UYTpno